Правовая природа изъятия в доход государства имущества, нажитого коррупционным путём: Анализ Постановления Конституционного Суда РФ от 31 октября 2024 года № 49-П

Автор исходит из предположения о том, что антикоррупционный иск становится сегодня наиболее действенными при этом наименее изученным правовым средством борьбы с коррупционными правонарушениями и минимизации причинённых такими правонарушениями последствий. Исходя из научной доктрины и судебной практики наиболее правдоподобны два подхода к определению правовой сущности так называемой гражданской конфискации: мера гражданско-правовой (в том числе деликтной) ответственности либо мера публично-правовой (в том числе конституционно-правовой) ответственности. В пользу первого подхода говорит, прежде всего, отраслевое расположение этого правового института — его упоминание в Гражданском кодексе Российской Федерации; в пользу второго подхода свидетельствует, в частности, специфика правоотношений, предшествующих его применению — нарушение публичным служащим норм антикоррупционного законодательства. С учётом правовой конструкции данной меры принуждения, назначаемой судом по антикоррупционному иску прокурора публичному служащему (членам его семьи), избранной федеральным законодателем, делается вывод о том, что корректным — хотя также не безупречным — является второй подход. В подтверждение этого автором приводятся и анализируются отдельные тезисы из Постановления Конституционного Суда РФ от 31 октября 2024 года № 49-П, который называет данную меру «особой формой правового государственного принуждения», а также его практика по некоторым иным категориям дел. Не меняет этого и то обстоятельство, что согласно действующему правовому регулированию реализуется рассматриваемая мера в форме гражданского (искового) судопроизводства. Между тем данный вывод имеет не только теоретическое, но и практическое значение, поскольку корректная квалификация данного правового института существенно влияет на дальнейшее нормативное совершенствование и применение в прокурорской и судебной практике отдельных его конструктивных элементов. В частности, это значит, что конституционно-правовые требования, предъявляемые к мерам публично-правовой ответственности и — шире — к мерам публично-правового принуждения (соразмерности, правовой определённости, учёта наличия вины, запрета обратной силы и др.), должны распространяться и на рассматриваемый правовой механизм.

Об авторе: Романюк Виктория Игоревна – соискатель учёной степени кандидата юридических наук кафедры конституционного и административного права СЗИУ РАНХиГС; старший преподаватель юридического факультета НИУ «Высшая школа экономики», Санкт-Петербург, Россия.

Библиографическое описание: Романюк В. Правовая природа изъятия в доход государства имущества, нажитого коррупционным путём: Анализ Постановления Конституционного Суда РФ от 31 октября 2024 года № 49-П // Сравнительное конституционное обозрение. Т. 35. № 2 (167). С. 164–183.